Киеву — полтора тысячелетия: почему это советская выдумка?

Дмитрий Вортман, Александр Немировский

Когда тоталитарная система СССР пала, опровержение советских исторических вымыслов приобрело большую популярность. Однако за почти три десятилетия украинской независимости никто из наших государственных деятелей так и не взялся публично пересмотреть легенду о «полуторатысячелетнем Киеве».

Почему это стоит сделать, для WAS объяснили картограф из Института истории НАНУ, научный редактор «Энциклопедии истории Украины» Дмитрий Вортман и знаток истории Киева Александр Немировский.

Лень читать? Тогда подписывайтесь на наш канал и смотрите видео:

В 1982 году публика впервые услышала, что Киев основан ровно 1500 лет назад. Сам автор этой гипотезы — российский академик Борис Рыбаков — предостерегал, что дата довольно условная, но магия круглого числа начала действовать. За грохочущими салютами юбилейных торжеств никто не услышал робкие возражения отдельных ученых.

Выступить против любимца коммунистической власти академика Рыбакова мало кто рискнул бы. Но в случае с возрастом Киева ситуация осложнялась тем, что найти повод для громкого юбилея столицы УССР было инициативой советской власти. Достойной научной дискуссии тогда не произошло.

Вышло смешно: тех ученых, которые периодически осмеливались во времена независимости говорить о ложности советской версии возраста Киева, немедленно начинали клеймить как исторических ренегатов и предателей нации. А факт, что на самом деле именно «гипотеза 1500» была порождением советского официоза, удивительным образом забылся.

Впрочем, современные ученые не собираются сдаваться и продолжают открыто бороться с утверждением, что Киеву около 1,5 тысячи лет. Но сколько же тогда на самом деле?

ПАРТИЯ СКАЗАЛА: «НАДО!»

Если кто-то считает, что «гипотеза 1500» была результатом каких-то исторических открытий — тщательных археологических раскопок или внимательного анализа древних текстов — его придется разочаровать. Дело было совершенно иначе. Об этом есть свидетельство участника событий, киевского археолога, академика НАНУ Петра Толочко. Отметить какой-то громкий юбилей Киева предложил еще в конце 1970-х историк и партийный функционер Петр Тронько, который занимался краеведением и охраной памятников. Идею поддержала партийная верхушка УССР и сам первый секретарь ЦК КПУ Владимир Щербицкий.

Зачем вообще понадобился тот юбилей? Есть разные предположения — от «забалтывания» 50-й годовщины Голодомора до желания как можно быстрее освоить средства, оставшиеся после Олимпиады 1980-го. Идеологическая же его роль заключалась в подтверждении мысли, что Киев основали не какие-то пришельцы-варяги, а прародители-славяне. Этот же тезис лишний раз работал на ключевой советский месседж о «Руси — колыбели трех братских народов».

Петр Тронько — заместитель председателя Совета Министров Украинской ССР по вопросам культуры, образования, здравоохранения во время Дней науки Украины в Москве, 1970-е годы. Фото из личного фонда П. Т. Тронько, хранящегося в Институте архивоведения Национальной библиотеки Украины имени В. И. Вернадского

ПОИСК УДОБНЫХ ФАКТОВ

Однако идеологам нужно было хоть какое-то историческое обоснование. Удобные факты нашлись быстро. Во-первых, из византийских источников известно, что император Юстиниан, правивший в первой половине 6 века, имел контакты со славянскими вождями. Во-вторых, в «Повести временных лет» рассказывается, что легендарный Кий был князем и имел контакты с каким-то цареградским правителем. Вот академик Рыбаков и предположил, что в обоих случаях речь идет о тех же событиях — якобы Кий был современником Юстиниана. Впоследствии Рыбаков немного подкорректировал свою версию, учитывая, что безымянный «царь» из древнерусской летописи не мог быть величественным Юстинианом, имя которого на Руси бы не забыли. Другое дело — его малоизвестный предшественник Анастасий I, правивший на рубеже 5 и 6 веков. Рыбаков предположил, что именно с ним встречался Кий, поэтому временем возникновения Киева можно считать конец 5 века.

Археологические исследования таким предположениям вроде бы не противоречили. Археологам еще с начала 20 века был известен оборонительный ров долетописного времени на Старокиевской горе. Кроме того, на соседней Киселевке нашлись две монеты — одна Юстиниана, другая — Анастасия. Последний штрих добавил как раз Петр Толочко — тогда глава отдела археологии Киева в Институте археологии АН УССР. Его экспедиция нашла на Старокиевской горе остатки жилья, которое датировали 6 веком.

Так и возник в воображении некоторых исследователей Киев конца 6 века: остатки рва символизировали укрепления, остатки жилья — застройку, монеты — международные экономические и культурные связи. Точная же дата — 482 год — должна была перекликаться с еще одной знаковой датой. А именно — с 882 годом, когда, по летописной легенде, князь Олег провозгласил Киев «матерью городов древнерусских».

Фрагмент жилья 6 века, раскопки на Старокиевской горе. Источник: Новое в археологии Киева / Издательство «Наукова думка», 1981
Керамика из жилья 6 века. Источник: Новое в археологии Киева / Издательство «Наукова думка», 1981

Нашлось и кое-какое документальное подтверждение. Еще в 1920-е годы советский лингвист Николай Марр обратил внимание на легенду из армянской хроники 8 века «История Тарона». Легенда рассказывала о трех братьях — Куаре, Мелтее и Хореане, которые построили три города, дали им свои имена, а затем основали еще одно совместное поселение на горе Карке. Марр отметил сходство этого сюжета с легендой об основании Киева. Он отождествил Куара с Кием, Хореана — с Хоривом, область Палуни, где стоял Хореанов город — с Полянской землей, и даже для Щека с Мелтеем нашел параллель: оба имени якобы на разных языках означали «змей». Похожим выглядело и описание местности в древнерусской и армянской хрониках.

Но если Марр видел здесь только свидетельства существования определенной связи между двумя культурами, то Рыбаков пошел значительно дальше. Он решил, что армянская легенда — заимствование древнерусской. А если в 8 веке о Киеве уже ходили легенды, то он существовал с еще более древних времен. Бронебойный аргумент.

Получив ожидаемые факты, за дело взялась власть: полуторатысячелетие было массово растиражировано и пышно отмечено. Впрочем, датировка Рыбакова и Толочко не выдерживает критики. И вот почему.

НАУКА — О ВОЗРАСТЕ ГОРОДОВ

Как настоящие ученые определяют возраст города? Проще всего, конечно, когда факт основания зафиксирован в датированном документе. Скажем, Вашингтон основан в 1791 году, Николаев — в 1789-м. Но чаще случается, что такого документа нет. Тогда возраст считают от первого упоминания города в письменных источниках. Так, для Минска это 1067 год, для Вильнюса — 1323-й.

Но с Киевом так не получится: первое упоминание о нем содержится в недатированном прологе «Повести временных лет», и анализом одних письменных источников его никуда хронологически не привязать. Можно лишь делать произвольные предположения по примеру Рыбакова. Впрочем, если бы не история с юбилеем, то «научный» возраст Киева, возможно, до сих пор считали бы от первого датированного упоминания — 862 года.

Современные историки ставят это упоминание под сомнение: летописец, составлявший «Повесть» в конце 9 — начале 12 века, не имел четкого представления о событиях двухсотлетней давности и датировал их почти наугад. Поэтому копья ломались бы все равно, только по другому поводу. Кто-то требовал бы считать точкой отсчета первое достоверное упоминание Киева — в трактате «Об управлении империей», написанном византийским императором Константином VII Багрянородным около 945 года.

Решающее слово принадлежит археологии. Но чтобы выводы о возрасте города были научно корректными, археологам мало обнаружить, что в упомянутое время на этих территориях жили люди. Надо доказать еще две вещи:

  1. наличие преемственности — то есть существование непосредственной связи найденного поселения с будущим городом: зачатком Киева нельзя считать палеолитическую Кирилловскую стоянку на его современной территории;
  2. существование признаков города у этого поселения: даже если город вырос из какого-то села, его возраст высчитывают с даты обретения городского статуса — аналогично возраст человека определяется от рождения, а не от зачатия.

Соответствуют ли этим критериям аргументы гипотезы Рыбакова? Очевидно, что нет. И на это указывали ученые еще когда она только появилась — в частности, украинский историк Омелян Прицак и немецкий исследователь Эдуард Мюле.

Кий, Щек, Хорив и Лыбедь, миниатюра Радзивилловской летописи. Радзивилловская летопись содержит Повесть временных лет и летописные статьи до 1206 года. Источник: Wikimedia Commons

АРГУМЕНТАЦИЯ НА ГЛИНЯНЫХ НОГАХ

Нет доказательств, что найденные ров и жилье были частями одного поселения — условно-гипотетического Киева 6 века. Нет подтверждения, что они были элементами городской структуры, которая непрерывно действовала до времен, когда Киев уже несомненно существовал. Ров датировали 6 веком лишь на основе оценки возраста найденной в нем керамики, а эта оценка довольно сомнительна. Упоминавшуюся керамику сначала признали более старой по сравнению с первоначально определенным возрастом, а затем — значительно более молодой. Сейчас же археологи считают, что ров был вырыт не ранее 10 века. Относительно возраста жилья возражений не было, и оно до сих пор остается единственной находкой, датированной 6 веком, в окружении артефактов, младше минимум на 200 лет. Монеты свидетельствуют лишь о том, что здесь кто-то жил, но отнюдь не о наличии или отсутствии города.

Что касается свидетельств «Истории Тарона», то по этому вопросу научная дискуссия продолжается и предлагает несколько объяснений «удивительного совпадения». Среди них «гипотеза 1500» выглядит наименее убедительной и даже невозможной. Как армянский автор мог узнать о киевской легенде? Разве что где-то прочитать. Но тогда кто же ее записал, если древнерусское летописание началось на столетие позже последней редакции армянской хроники? Поклонникам «полуторатысячелетнего Киева» остается или перевернуть всю историю славянской письменности, или принять не менее фантастическое предположение, что легенда о Кие пришла в Армению в виде устных преданий.

Если же пристальнее присмотреться к Марровым «совпадениям», увидим, что разногласий в двух легендах много: в Полянской земле живут все киевские братья, а в Палуни — только Хореан; армянские братья, в отличие от славянских, строят сначала три города, а лишь потом еще один; и главное — где армянская Лыбедь? И описание местности ничего не доказывает: гору, окруженную лесом, где можно охотиться, выбрал бы для основания города любой, не заглядывая в иностранные хроники. Кроме этого общего опровержения есть и конкретные факты — выяснено, что до нового времени в Армении существовали все упомянутые в легенде топонимы, то есть история о Куаре, Мелтее и Хореане не заимствована откуда-то, а имеет армянские корни.

Таким образом, даже шаткого научного обоснования «гипотеза 1500» не находит. В конце концов, сам Петр Толочко признавал, что с 1500-летием исследователи ошиблись, и Киев по крайней мере на 100 лет моложе.

Территория древнего Киева по археологическим и письменным данным. Источник: Новое в археологии Киева / Издательство «Наукова думка», 1981
Топография находок третьей четверти 1 тысячелетия нашей эры. Источник: Новое в археологии Киева / Издательство «Наукова думка», 1981

СУРОВАЯ ПРАВДА

Современные научные знания отвечают на вопрос возраста Киева достаточно уверенно: не более 1200 лет. Ученые независимой Украины, вооружившись достижениями мировой науки, в ходе дискуссий в 2000-х годах согласовали почти единое мнение, что речь о Киеве как городе можно вести только с 9 века.

Более точная датировка киевских находок, новый анализ результатов раскопок начала 20 века, свежие раскопки возле Десятинной церкви вместе с новыми взглядами на летописные тексты и контакты с соседними народами создали совсем другую картину ранних лет Киева.

Славянские поселения здесь действительно существовали с 6 века, но по критерию преемственности они не связаны даже между собой. Поселения эти появлялись и исчезали, пока среди них не образовалась группа — археологи называют ее «гнездом», — которая и стала зародышем Киева. Произошло это не позже второй половины 9 века. Где было центральное поселение «гнезда» — точно пока неизвестно, но предполагают, что на Замковой горе.

На рубеже 9–10 веков на Днепре появилась русь — отряды скандинавов-авантюристов, которые одинаково успешно и воевали, и торговали. Они устроили на киевских склонах военно-торговый центр, который выкачивал ресурсы — главным образом рабов — из окрестных славянских племен и реализовывал их в Константинополе. Скорее всего, базой было уже существующее славянское поселение, которое и Киевом, возможно, еще не называлось. Затем этот факт превратился в летописную легенду о захвате Киева варягом Олегом.

В первой трети 10 века первые пришельцы начинают стареть и умирать. Появляются ранние захоронения знатных скандинавов, которые современная археология умеет датировать с точностью до 20–30 лет. Наличие захоронений с точки зрения археологии гласит, что город к тому времени уже был. С тех пор он фактически непрерывно существует. Тогда же строятся укрепления на Старокиевской горе. А под горой, на берегу Почайны, возникает «речной терминал» — Подол: порт, верфь, склады и жилища людей, которые все это обслуживают. Из этих двух частей — Горы и Подола — Киев будет состоять до позднего Средневековья. Если бы в распоряжении историков были только археологические источники, они бы указывали, что до стадии полноценного города — с монументальной архитектурой, мощными укреплениями, письменностью и четким социальным разделением населения — Киев развился лишь в конце 10 века — во времена правления князя Владимира Святославича.

Картина, воспроизведенная археологами, неполная и имеет немало «белых пятен». Так, на Старокиевской горе не найдено ни одного жилья 10 века. Неизвестно, где была резиденция первых князей и вообще, где жили те знатные русы, чьи захоронения удалось найти. Но ученые надеются, что все эти проблемы наука решит — по крайней мере, до настоящего 1500-летия славного Киева.

Популярное: