Мавки, мольфары, чугайстры: украинский бестиарий

Существует теория, что многие хэллоуинские традиции пришли из кельтского праздника Самайн. Считалось, что в это время граница между нашим и потусторонним мирами становилась тоньше и в мир людей могли приходить феи и души умерших. WAS и ювелирный дом SOVA подготовили подборку мифических существ, населявших наши леса, реки и горы.

Мавка

Мавка (или навка, нявка) — одно из древнейших известных нам существ славянской мифологии. Большинство исследователей считают, что слово происходит от старославянского «навъ» — «мертвец». Сказания о мавках были наиболее распространены в Карпатах, на Подолье и Волыни. Согласно народным верованиям, мавками становились души утопленниц или детей старше семи лет, умерших некрещеными.

Мавку чаще всего описывали как красивую молодую девушку с длинными зелеными или голубыми волосами. Хотя иногда в фольклоре встречаются также рассказы о мужской версии мавок — нявкунах.

Согласно народным верованиям, мавки собирались на полянах танцевать, иногда им подыгрывал на дудке черт. Места таких вечеринок называли игровищами, и на них переставала расти трава. Хотя существовали и верования, что весной мавки, наоборот, бегают по горам и засаживают их цветами.

Мавки носили тонкие полупрозрачные рубашки или ходили голыми. Встретив человека, они пытались заманить его в дебри соблазнительными разговорами, а потом щекотали жертву до смерти. Мавкам также иногда приписывали способность «сосать грудь» — то есть высасывать из спящего человека жизненную силу. Жертва худела, начинала болеть, иногда теряла рассудок.

Отличить мавку от человека можно было несколькими способами. Во-первых, если ночью посреди леса к вам подошла красивая обнаженная девушка — это уже тревожный звоночек. Во-вторых, стоит присмотреться к ее глазам: в некоторых регионах верили, что у мавки есть радужная оболочка, но нет  зрачков. И наконец, самый надежный способ: взглянуть на девушку сзади. Согласно народным поверьям, вместо спины у мавок была дыра, сквозь которую были видны внутренние органы.

В целом же мавок чаще всего не воспринимали как однозначно злых духов. В фольклоре встречались даже истории о том, как мавка помогала выбраться из леса заблудившемуся или спасала тонущего. К тому же от мавок существовали простые и эффективные способы защиты. Если мавка заманивала человека в лес, ему нужно было снять с себя рубаху и одеть ее навыворот. Это пугало мавку и она убегала. Также от мавки можно было защититься, нося с собой чеснок, лук или валериану. Мавки якобы пели во время своих танцев:

 

«Кабы не лук, чеснок, ни одилен зелье, Мать сынка породила, мы бы его взяли».

Чугайстер

Спасти человека от мавки мог также другой дух — чугайстер, или лесной человек. Рассказы о чугайстре этнографы фиксировали только в Украинских Карпатах, этот образ неизвестен ни в других регионах Украины, ни у соседних народов. Исследователи считают, что этот персонаж появился достаточно поздно, в 17–18 веке.

Чугайстра чаще всего описывали как заросшего волосами высокого мужчину в белой одежде. Основным занятием чугайстра была охота на мавок. Он ждал их, зарывшись в куче листьев. Поймав мавку, чугайстер разрывал ее пополам.

При этом для людей чугайстер не представлял опасности. Увидев в лесу человеческий костер, он приходил пообщаться и пожарить мавку.

«Человеку не делает зла, разве просит вежливо в танец, а оттанцевав свое, отпускает. Иногда обороняет даже людей от вреда», — цитирует рассказы местных этнограф Антон Онищук.

Онищук записал также рассказ о том, как поймать чугайстра. Для этого нужен был топор и наличие обоих мизинцев на руках.

«…Овчар схватил топор и перед ним положил острием вверх. “Садись”, — сказал. Тот сел. Стал Чугайстрин проситься, чтоб его отпустили. “Не пущу!” — поймал его двумя мизинчиками овчар и держал. “Пустите — скажу, что завтра тут будет”. И Чугайстрин предупредил, чтобы не спали пастухи завтра, потому что придут на пастбище волки и медведи и весь скот унесут. И действительно, второго дня пришли волки и медведи… но овчари их отогнали от стада».

Упоминаний чугайстра в этнографических исследованиях немного. Широкой публике этот персонаж стал известен благодаря появлению в «Тенях забытых предков» Коцюбинского.

Русалка

Если чугайстер, скорее всего, был локальным персонажем Карпат, вера в русалок распространена была у многих славянских народов. У такой популярности есть и обратная сторона: представления о русалках сильно отличались в разных регионах.

Украшения на русалке: браслет Bondi, колье Bondi

По разным версиям, русалками становились утопленницы, умершие некрещенными дети, умершие до свадьбы засватанные девушки, умершие в праздник Троицы, или вообще все умершие. Чаще всего русалок описывали как красивых девушек, но согласно некоторым верованиям, они могли принимать форму маленьких детей или животных: крыс или жаб. Однако изображение русалки в виде девушки с рыбьим хвостом — это позднее заимствование образа морской девы из западноевропейской мифологии, у славянских народов такие представления о русалках не встречаются.

Согласно народным верованиям, русалки сильнее всего активизировались в неделю после праздника Троицы. С восходом луны они вылезали на берег, пели, танцевали или вычесывали волосы. Тех, кто, услышав пение, подойдет ближе, щекотали до смерти. Русалки могли встретить девушку, вышедшую до рассвета набрать воды. Они неожиданно выскакивали к ней из кустов и спрашивали «Полынь или петрушка?» Правильным ответом была полынь. Девушек, ответивших «петрушка», русалки утаскивали в воду.

В некоторых регионах русалок разделяли на тех, кому при жизни дали имя, и безымянных. У русалок с именем был шанс покинуть землю, безымянные же оставались жить в воде до Страшного суда. Именные русалки больше походили на людей и, в отличие от безымянных, у них были волосы — в основном зеленые.

На Полесье был распространен сюжет о русалке, которая приходит на помощь живому родственнику, как правило, спасает от других русалок. Русалки, которые были духами умерших родственников, могли также предупреждать родных об опасности или просить одолжить любимую при жизни одежду.

Защититься от русалок можно было крестиком или травами, собранными в неделю Троицы. Но как видим, защита требовалась далеко не всегда.

Мольфарка

Вера в людей, наделенных сверхъестественными способностями, распространена была чуть ли не во всех человеческих обществах. Гуцулы называли таких волшебников мольфарами.

Народное воображение наделяло мольфаров огромным набором умений: управление погодой, насылание болезней или исцеление людей и скота, общение с душами умерших, ясновидение, даже убийство при помощи магии. При этом мольфары (или мольфарки — в этой профессии встречались и женщины), как правило, не владели всем арсеналом магических умений, а специализировались на чем-то одном.

Например, градовщиками называли мольфаров, способных предотвращать град. Обряд отведения града описывал в своих этнографических трудах Павел Чубинский. Мольфар приходил с лещиновым прутиком и специальным освященным ножом. Нож втыкал в землю, читал молитву. Потом нож и прутик наводил на тучу и трижды повторял заговор:

«Град лукавый, раб лукавый! Пусть тебя тучи не носят, потому что тебя люди не просят. Буйные ветры! Возьмите Вы эту тучу на свои тонкие крылья, занесите ее за океан-море, за теплые воды, за крутые горы, за желтые пески, чтоб он там растаял и пропал ныне, во веки веков, пусть будет так! Тьфу, тьфу, тьфу! Исчезни, пропади от лика Божьего от меня!»

Град мог побить урожай, скот и повредить здания, поэтому градовщикам щедро платили. А если заговоры не помогали, градовщик всегда мог объяснить это злыми кознями другого мольфара.

Мольфаров наделяли способностью наводить порчу на людей и скот. Для этого нужен был кусочек ткани из одежды жертвы и земля, набранная из ее следа. Из земли мольфар лепил куклу и заворачивал ее в ткань. Дальше он прятал куклу так, чтобы жертва через нее переступила. После этого куклу можно было сушить, колоть иголками или раздавить — жертва начинала сохнуть, болеть или умирала.

У мольфаров была неоднозначная репутация среди населения. С одной стороны, их уважали, с другой — боялись. Защититься от мольфара можно было только обратившись к другому мольфару.

Магура

В отличие от остальных наших персонажей Магура появилась в 20 веке. Она под разными именами часто упоминается в «Велесовой книге» — фальсификате, автором которого считают историка-аматора Юрия Миролюбова. Идею многоименности автор, очевидно, почерпнул из индуистских текстов — известно, что Миролюбов интересовался санскритом и индийской культурой. В комплекте с многими именами шло и множество функций. Магуру в тексте называют дочерью Перуна, матерью славян, матерью солнца. А также богиней войны, победы, детей, домашнего очага, птицей-молнией. Неоязычники иногда наделяют ее также чертами валькирий из скандинавской мифологии — воинственных дев, которые уносили в Вальхаллу погибших в бою.

Миролюбов утверждал, что деревянные таблички с текстом случайно нашел белогвардейский офицер Федор Изенбек в 1919 году на Харьковщине, а сам текст якобы написали новгородские волхвы в 9 веке.

У профессиональных историков, лингвистов и археологов сразу возникли сомнения касаемо подлинности находки. Дальнейшие научные исследования текста убедительно доказали, что «Велесова книга» — изготовленный дилетантом фальсификат, написанный не на старославянском, а на хаотической смеси славянских языков разных периодов. Впрочем, текст стал крайне популярен среди неоязычников и лег в основу многих их верований.

SOVA собрала персонажей из материала в стикерпак для телеграма, сохранить его можно здесь.

Популярное: