С нецензурного приглашения подраться насмерть начинались многие битвы запорожских казаков. Это был герц — проверка своего мужества и проба сил противника перед общей схваткой.
Польское harcować — «скакать на лошади», чешское harc — «перестрелка, стычка, схватка».
Герцы — уникальная практика для поля боя в Европе, где тысячу лет правили тяжеловооруженные всадники в доспехах. Наблюдать их можно было только в сражении с запорожскими казаками. Татары тоже практиковали вылазки, но всегда с практической целью захвата пленных. В отличие от украинцев, их знатные воины не лезли на рожон.
Запорожцы устраивали перед битвой череду схваток. Несколько казаков группой подъезжали к лаве соперников на расстояние мушкетного выстрела. Начинался смертельный танец – они джигитовали, сыпали ругательствами и вызывали противника на дуэль.
Казаки кружили в 100-150 шагах от строя противников — поляков, турок или московских стрельцов. Это достаточно близко, чтобы расслышать оскорбления, но далеко для прицельного выстрела из мушкета. Сдержаться было сложно. Часто пехотинцы палили по казакам наудачу, а конники ломали строй в попытке их догнать.
Герцы — это еще и разведка. Выдвинувшись глубоко за линию разъездов, отряд мог вскрыть засаду или прогнать налетчиков, приметить удобные для маневра складки местности.
Но прежде всего, гарцовали для демонстрации отваги и морального подавления противника. Казаки крутились под пулями и ядрами, расстраивая отряды соперников и создавая иллюзию своей неуязвимости. Наглость в запорожцах сочеталась с опытом профессиональных солдат, и принявшие их вызов нередко гибли. А в те годы первая кровь перед сражением много значила для боевого духа.
Гей, нум, хлопці, до зброї,
На герць погуляти!
Слави добувати.
Ой чи пан, чи пропав,
Двічі не вмирати,
Гей, нумо, хлопці, до зброї!
Гей, гукнемо з гаківниць,
Вдаримо з гармати,
Блиснемо шаблями!
Бывало, поединки становились частью предвыборных кампаний. Каждый год 1 января на Сечи происходили выборы руководства – обозного, судьи, хорунжего, писаря, казначея и кошевого атамана. Процесс контролировали гетман и старшина, но решить дело могла и масса казацкой голытьбы. Во все времена рядовые бойцы уважали храбрых, удачливых командиров. Поэтому раз за разом сотники и полковники выезжали на узкую полоску земли между армиями, рискуя головой ради авторитета.
Уманский полковник Иван Ганжа, ветеран походов на Крым и Дунай, добыл большую славу в поединках один на один. Вот и на берегу реки Пилявки во главе уманцев он беспокоил польский лагерь, навязывая дуэли. В одной из стычек полковник был убит крылатым гусаром. Украинский хронист замечает: погиб, потому что не помолился перед боем.
Но казаки продолжили вылазки. 13 сентября 1648 года противник не выдержал и кинулся вперед через узкую плотину. Казаки и татары ударили смешавших строй поляков с двух сторон. Результатом разгрома стали тысячи убитых, потеря 98 пушек и огромного обоза.
Казаки воспитывались на песнях и байках о герцах, и молодежь с желанием ввязывалась в бой. Это была возможность впервые услышать свист пуль над головой и помахать саблей рядом с легендарными бойцами. Так учились палить в упор из пистолей в лица врагов, рубиться один на один, вывозить раненых.
Почти в каждом герце запорожцы несли потери. Те, кто проходил этот кровавый отбор, составляли цвет одной из лучших армий Восточной Европы.
«Выросли в трудах, как скифы, закаленные разными испытаниями, как гунны, прирожденные воины, как готы, загоревшие на солнце, как индийцы, и жестокие, как сарматы. Львы в преследовании врага, похожие на турков в коварстве, похожие на скифов своей яростью, они христиане по своей вере», — французский историк Н. де Бартенон, 1608 год.
