Хореомании Средневековья: Dance Me to the End of Love

Евгений Осиевский

Средневековые хроники описывают «танцевальную чуму». Психоз заставлял людей бросать дела, собираться на улицах и трястись, пока ноги не стирались до костей. Некоторые жертвы умирали от истощения. Что это было, современной науке неизвестно.

Хореомания — термин врача 16 века Парацельса. Он записал свой метод лечения: держать инфицированных на хлебе и воде в «темном неприятном» помещении; или заставить слепить собственные фигуры из воска или смолы, перенести на них провокационные мысли и видения, а затем сжечь.

Простой люд называл болезнь в честь святых, которым молился об исцелении. Чаще всего — «пляской святого Витта». Когда ничего больше не помогало, больных отправляли в паломничества к его часовням и храмам. Только представьте процессии пилигримов, которые со всей Европы танцевали до Собора святого Витта в Праге.

Пляска святого Витта. Что не так с остроносыми ботинками?

Первые упоминания о групповой одержимости танцем слишком сильно напоминают легенды, чтобы безоговорочно записывать их на счет хореомании. Так, в саксонском городке Кольбрик в 1017 году священник якобы проклял танцевать целый год гуляк, которые развлекались на кладбище. А в 1247 году около сотни детей оттанцевали из Эрфурта, допрыгали к ближайшему поселку и уснули там от усталости.

Чуть ли не самая массовая вспышка лихорадки святого Витта началась в 1374 году в Аахене и вскоре охватила почти все немецкие земли. Группы танцовщиков разносили эпидемию от города к городу. Ни молебны, ни ритуалы экзорцизма не могли остановить танец. Хореоманьяки выкрикивали имена демонов, громко молили Бога о помощи, а еще почему-то чувствовали отвращение к красному цвету и остроносым ботинкам.

Детальнее всего задокументирована эпидемия 1518 года в Страсбурге. В воскресенье, 14 июля, первой начала плясать на улице фрау Троффеа. Когда ее примеру последовали другие, власти города приняли худшее из возможных решений и построили для них сцену. За конвульсиями больных могли наблюдать все горожане, и эпидемия приобрела катастрофические масштабы. По свидетельству городской хроники, 15 горожан ежедневно затанцовывали себя до смерти.

The dancing mania by Hondius
Гравюра Гендрика Гондиуса по рисунку Питера Брейгеля Старшего. Источник: Wellcome Collection / CC BY 4.0
i

В 1344 году виновными в случае хореомании во французском Меце были объявлены коты. Кара была страшной.

Среди симптомов повсеместно отмечались спазмы и судороги. Также хореоманьяки якобы прыгали через невидимые костры, кричали, наблюдали видения, страдали от гипервентиляции и боли в груди. В некоторых случаях описываются «совокупления».

Как это выглядело, можно представить благодаря работе Питера Брейгеля-старшего. В 1564 году во Фландрии он наблюдал за несколькими женщинами, которые стали жертвами «танцевальной чумы». Рядом шли мужчины, которые следили, чтобы больные не нанесли себе вреда.

Средиземноморский шарм тарантизма

Начиная с 13 века в Италии регулярно фиксируют вспышки тарантизма, якобы вызванного укусами пауков. Граница между болезнью и народным гулянием там была зыбкой, а танцевальные мании проходили со средиземноморским шармом.

Историк медицины Анри Зигерист пишет: «Люди посреди сна или обычных занятий вдруг подскакивали, почувствовав острую боль, похожую на укус пчелы. Некоторые из них видели паука, другие нет, но все были уверены, что это работа тарантула. Они выбегали на улицу или рыночную площадь и с жаром начинали танцевать. Скоро к группе присоединялись другие ужаленные». А еще бродяги и бездельники.

Считалось, что для спасения от смерти надо вытанцевать из себя яд. Поэтому к группе хореоманьяков таранти присоединялись музыканты, игравшие специальные мелодии тарантеллы. Действо могло продолжаться неделями, но чаще всего прекращалось через 4–5 дней. Почти все эпидемии случались в течение жарких месяцев, поэтому летом музыканты мигрировали к эпицентру тарантических эпидемий — провинции Апулия.

Симптомы южной болезни в целом не очень отличались от хореоманий севера. Зараженные могли срывать с себя одежду, кричать, смеяться или плакать, барахтаться в грязи, выть и показывать неприличные жесты. Впрочем, в Италии нападения не были хаотичными и непрерывными. Обычно таранти начинали танцевать на восходе солнца, останавливались в полдень, чтобы отдохнуть и помыться, потом танцевали до вечера. Смерть смертью, а сиесту никто не отменял.

Тарантулы и тарантелла. Гравюра из «Магнетизма» иезуита Афанасия Кирхера. Источник: Wellcome Collection / CC BY 4.0

Главные подозреваемые: еретики, музыканты, рожки, протест

Мы не знаем, что вызывало хореоманию. Неизвестно даже, было ли это болезнью. Ряд исследователей настаивает на версии скоординированных акций еретиков или замаскированных языческих ритуалов. В 1770 году профессор университета Неаполя Доминико Чирилло предположил, что нападения тарантизма провоцировались музыкантами, которые хотели зарабатывать больше денег.

Еще один возможный злоумышленник — плесень. На сырой ржи растет вид плесени под названием «рожки» (Claviceps purpurea), который в определенных условиях может вызвать галлюцинации и судороги. Но может ли яд управлять массовыми скоординированными действиями вроде многодневных танцевальных марафонов? Объяснение, очевидно, нужно искать в социальном и символическом измерениях средневековой жизни.

Стоит вспомнить, что сильнее, чем танец, средневековое христианство ненавидело только секс. Танец считался атрибутом нечистой силы, а также социальным афродизиаком. Церковники отметили, что физический контакт между мужчинами и женщинами во время танцев ведет прямиком к блуду. Поэтому, хореографические эпидемии Средних веков можно рассматривать как протест — полуосознанный побег к самой большой непристойности, которую только можно было подумать.

«Танцоры Святого Иоанна в Моленбеке». Картина Питера Брейгеля-младшего, 1592. Источник: Wikimedia Commons

Чума, которую мы потеряли

С наступлением эпохи Просвещения вспышки хореомании становились все более редкими. На смену им приходила «истерическая хорея» — коллективные неконтролируемые действия, в основном случавшиеся за стенами фабрик, гимназий, тюрем. Учащиеся, рабочие, заключенные и солдаты вдруг теряли сознание, нервно дергались или еще каким-то образом становиться неспособными выполнять свои функции.

Первый такой описанный случай произошел в 1787 году на хлопковой мануфактуре в британском Ланкашире. У 21 работницы и 3 рабочих начались такие сильные судороги, что производство пришлось остановить. Ко всем пораженным приставили по несколько человек, чтобы не давать им вырывать себе волосы и биться головой в стены. Следов химического поражения не нашли.

Отрывок из фильма о пациентах с двигательными расстройствами, середина 1920-х годов. Эпизод, снятый Артуром ван Гегухтеном, демонстрирует пациентку с симптомами ревматической хореи (хореи Сиденгама). Источник: Kathryn Schoefert / Youtube / Creative Commons / Attribution

Около 1914 года бельгийский медик Артур ван Гегухтен снял на пленку симптомы одной из 13 жертв истерической хореи в детском приюте для девочек. Этот по-настоящему жуткий документальный фильм подводит черту под всей эпопеей европейской хореомании, но не дает ответов на все вопросы.

О чем эта болезнь? Правда ли, что пляской святого Витта средневековый люд глумился над властью епископа и короля? Что пытаются сказать тела школьниц и рабочих, когда саботируют обучение и производство? С чего смеется эта чума?

Материал подготовили наши друзья из Katacult. Это медиа, которое пишет о музыке, вечеринках, контркультуре и танцах.

Популярное: