Вельможи и рыцари в союзе с восточными кочевниками, папа римский в сговоре с язычниками и шаманами — это не новый сериал HBO, а реальная история самого необычного крестового похода.
1258 год от Рождества Христова. Монголы ведут войну сразу на трех фронтах. Войско темника Бурундая вторгается в Литву, армия великого хана Мунке пробивается вглубь Китая, а его брат Хулагу воюет на Ближнем Востоке против Аббасидского халифата.
Формальным поводом войны с мусульманами стали жалобы монгольских данников из Персии на секту исмаилитов, больше известную как ассасины. Но войско хана не ограничилось иранскими фанатиками и пошло дальше в сторону Леванта.
10 февраля пал Багдад и 80 тысяч мусульман были вырезаны или угнаны в рабство. Последнего халифа Аль-Мустасима традиционно завернули в ковер и затоптали лошадьми. Дальше путь монголов лежал в Египет, где им противостоял могущественный Мамлюкский султанат во главе с половцем Бейбарсом.
На Ближнем Востоке сошлись интересы монголов и христиан, которые уже третий век подряд воевали с иноверцами за земли вокруг Гроба Господня и явно проигрывали. В сложившийся ситуации монголы выглядели привлекательными союзниками.
Правдами и неправдами ханов будут впутывать в игры папского престола, а в Монгольскую империю пошлют с миссиями монахов-францисканцев. Но хана в союзники можно было заполучить только преклонив перед ним колено. На это были готовы не все.
Христианские королевства Запада в то время еще не оправились от поражений нанесенных им Салах ад-Дином в Святой Земле. Европейцев выдавливали из Палестины, к началу 13 века в руках крестоносцев осталась лишь узкая прибрежная полоса земли и владения на Кипре.
С каждым крестовым походом приходилось задействовать все больше сил, со все более скромным результатом. Флоты Генуи и Венеции перебрасывали в Палестину венгерских рыцарей, пехоту из Бургундии, наемников из Австрии и Фландрии. Участникам, помимо спасения души, обещали налоговые льготы и списание старых долгов, но дело шло ни шатко, ни валко. Крестоносцы все чаще предпочитали не рисковать жизнью в песках Палестины, а грабить Константинополь, города Малой Азии и жечь еретиков.
Европейцы оказались в затруднительной ситуации. Мог ли Восток помочь?
Кочевники-шаманисты, как правило, были весьма терпимы к другим верованиям, и по своему политеистическому мировоззрению старались не гневить богов или духов чужих земель. При дворе как великого хана, так и правителей рангом пониже, традиционно сильны были позиции несториан.
Еще в 5 веке несториан признали еретиками за то, что те верили в дуальную природу Иисуса — божественную и человеческую. Но конфессия выжила, Нестория — основоположника учения — стали почитать как святого в Церкви Востока, а миссионеры доходили до Китая и Средней Азии.
Их проповедники обратили в христианство народ кераитов и часть меркитов, союзных монголам племен. В столице Монгольской империи Каракоруме существовала постоянная церковь и несколько кочевых юрт, в которых совершались службы на сирийском языке. Некоторые язычники не перешли в христианство, но вписали Христа в свою картину мира, считая его великим шаманом. Слово божье не было чуждо кочевникам — отличная новость для папы.
На фоне потери Иерусалима знать франков, папа и бароны крестоносцев в Палестине остро нуждались в союзниках. На Западе набирала силу легенда о пресвитере Иоанне — властителе затерянного христианского королевства где-то между Персией и Индией. Пресвитер сражается с неверными, защищает простых христиан, а царство его полно всех мирских благ. Копии якобы письма Иоанна с обещаниями помочь рыцарям отвоевать Гроб Господень распространялись по Европе. Хан, конечно, не пресвитер, но попробовать стоило.
В 1245 году итальянский монах-францисканец Джованни Карпини от имени Святого Престола первым из европейцев отправился в ставку великого хана Гуюка — через Киев, низовье реки Итиль и Хорезм, — прибыв туда к лету 1246 года. Но дипломатия в первый раз не сработала. Папа Иннокентий IV требовал от хана принять христианство и прекратить нападения на христианские королевства. Хан в ответ потребовал от европейцев стать данниками Орды.
«Силою бога все земли, начиная от тех, где восходит солнце, и кончая теми, где всходит, пожалованы нам. Кроме приказа бога так никто не может ничего сделать. Ныне вы должны сказать чистосердечно „мы станем вашими подданными, мы отдадим вам все свое имущество“. Ты сам во главе королей, все вмеcте без исключения, придите предложить нам службу и покорность. С этого времени мы будем считать вас покорившимися. И если вы не последуете приказу бога и воспротивитесь нашим приказам, то вы станете (нашими) врагами», — писал Гуюк Иннокентию.
Впрочем, польза от длительного путешествия монаха Карпини все-таки была. Свои впечатления от встречи с кочевниками он описал в книге «История Монгалов, именуемых нами Татарами» — первом европейском источнике сведений о жизни, быте и нравах Орды.
Следующую миссию возглавил монах Гильом де Рурбрук. К тому моменту окончился разгромом Седьмой крестовый поход. Король Франции Людовик IX в 1250 году был наголову разбит войском династии Айюбидов в дельте Нила, потерял 20-тысячную армию утопленной в каналах и вырезанной при отступлении через пустыню. Сам король с сотнями рыцарей угодил в плен, выкупив свою голову за 400 тысяч турских ливров. Выйдя на свободу, Людовик решил попросить монголов о помощи и отправил к ним монаха.
Де Рурбрук отправился в Карокорум босиком, отморозив себе по пути пальцы ног. Его поразило, что в городе спокойно соседствуют христианские храмы, буддийские дацаны и мечети, а при дворе свободно ведутся диспуты о вере. Гуюк к тому времени умер, новым великим ханом стал его двоюродный брат Мунке. Но и он потребовал от Людовика для начала признать себя вассалом Орды. Военного союза в очередной раз не вышло.
Европейцы были не единственными христианами, искавшими союза с монголами. Свою попытку предприняли армяне.
Ни Людовик и ни папа римский не могли покориться хану даже формально. В отличие от них, у царя Киликийской Армении Хетума I с этим проблем не было. В 1253 году он лично посетил Каракорум и получил из рук Мунке «ярлык, воспрещавший притеснять Хетума и его царство, и грамоту, даровавшую повсеместную свободу церквам». Теперь Хетум мог просить хана помочь защититься от притязаний мусульман на свои земли.
Дочь Хетума Сибилла вышла замуж за Боэмунда VI, князя соседней Антиохии. Таким образом и Антиохия автоматически присоединялась к антиисламскому союзу с ханом Мунке во главе. Другие христианские правители к союзу не присоединились. Зато в поход на мусульман без раздумий согласились отправиться грузины, которые присягнули монголам еще в 1220-х. Грузинские бойцы во время штурма Багдада первыми овладели участком стены и башней. Боэмунд разместил в столице монгольский отряд и отправил своих людей на войну во время кампании в Сирии.
Армию вторжения возглавил внук Чингисхана хан Хулагу. Сам он был последователем мистического буддизма, но его жена Докуз-хатун настолько верила в Христа, что приказывала возводить храмы на местах зимовок. Передовым отрядом командовал военачальник Китбука — один из главных популяризаторов христианства в Орде. Кочевники выставили почти 80 тысяч сабель, мобилизовали китайских инженеров обслуживать камнеметные машины, разогнали местные племена с маршрута армии.
Помимо Багдада, пали Хама, Алеппо, Дамаск. Войска кочевников весной 1259 года осаждали крепость Газы и вторгались в Египет — мечети безжалостно предавались огню, сам патриарх Армении приказал благословлять хана во всех храмах. Но многие европейцы все равно отказались поддержать монголов, заявив: «Сражаться вместе с кочевниками против сарацин, это как изгонять бесов, заклиная их Вельзевулом».
После смерти хана Мунке в 1259 году Хулагу был вынужден отойти с большей частью войска к Закавказью, чтобы принять участие в междоусобной войне. Иерусалимское королевство и тамплиеры пропустили войско мамлюков через свои земли в тыл оставшимся монгольским отрядам, снабжая египтян продовольствием и фуражом.
В битве при Айн-Джалуте 3 сентября 1260 года, измотанные беспрерывными боями в пустыне монголы потерпели поражение. Христианин Китбука погиб от случайной стрелы, а остатки его разгромленного войска сожгли в тростниковых полях. Слабеющая империя все больше втягивалась в гражданскую войну и склоки ханов, теряя свои позиции на Ближнем Востоке.
