Основатель Сечи служил султану. Объясняем, почему зраду можно считать перемогой

В 1553 году, когда козаки строили укрепления на Хортице, их предводитель Дмитрий «Байда» Вишневецкий сбежал из-под власти польского короля в Османскую империю, а через полгода кинул султана и вернулся в Речь Посполитую. Что это была за авантюра, разбирается востоковед-османист, докторант Стамбульского университета Олесь Кульчинский.

Не все историки согласны, что замок Дмитрия «Байды» Вишневецкого на острове Малая Хортица был первой Сечью. Однако никто не спорит с тем, что он стал первым значительным фортификационным укреплением, возведенным населением Речи Посполитой за Днепровским порогам.

Из документов известно, что «городок» на Малой Хортице появился в 1556 году. Через семь лет его основатель погибнет на крюке в Стамбуле. Украинский эпос прославит Вишневецкого как ярого борца против татар и турок. Реальная история была сложной: князя казнили за рейды на земли Османской империи, но также за измену султана.

По свидетельству хрониста Марцина Бельского, Байда живьем провисел на крюке три дня. Затем турки устали от его поношений исламской веры и добили пленника стрелами. С годами смерть князя обросла другими подробностями: палачи будто вырезали и съели сердце Вишневецкого, чтобы получить его храбрость.

ПОБЕГ В СТАМБУЛ

В июне 1553 года Вишневецкий бежал от своего господина, короля Речи Посполитой Сигизмунда II Августа, к османскому султану Сулейману Великолепному. Об этом известно из отчаянных писем польского монарха, которые тот писал великому канцлеру Литовского княжества Николаю Радзивиллу Черному. Прозванный Черным за цвет бороды, тот приходился шурином королю и сватом Андрею Вишневецкому, родному брату Байды.

Поэтому королевская жалоба имеет едва ли не семейный оттенок: «Вишневецкий к туркам бежал; замки наши, которые держал, отдав, так что от горя нельзя и писать. Предостерегал Господь Бог, а мы не хотели заботиться». У Сигизмунда II были причины расстраиваться. Он не просто потерял вассала, но тот перешел к врагу: «Турки получат против нашего панства незаурядного воина, если он у них так и останется».

«Замками» в письме Сигизмунд, вероятно, называет укрепления на Хортице. Если бы вместе с Байдой они достались Османам, в дальнейшем вся степная полоса на границах Великого княжества Литовского могла оказаться под контролем агарян.

Новости изрядно напугали все польско-литовское дворянство. Волынский магнат, князь Острожский, озабоченно писал об этом монарху. «Съехал к туркам … И то съехал со всей своей ротой, то есть с тем всем своим казачеством, хлопством, что подле себя забавлял», — пересказывал Сигизмунд его слова Радзивиллу.

Очевидно, король тяжело пережил выходку Вишневецкого. Даже четыре года спустя в письме к крымскому хану Девлету Герею он вспоминает, что «турецкий император» принял Байду на службу, обласкал, еще и наградил «жалованием».

Портреты Сулеймана I Великолепного (слева) и Сигизмунда II Августа (справа). Источник: British Museum / CC BY-NC-SA 4.0; Biblioteka Jagiellońska

СВИДЕТЕЛЬСТВУЮТ ОСМАНЫ

Но во владениях султана Вишневецкий провел лишь полгода. Уже в 1554 году князь прибыл к польскому королевскому двору, где получил прощение. Краткая авантюра в дальнейшем совсем забылась, если бы не упоминания османских чиновников. В 1557 году Вишневецкий пошел служить московскому царю Ивану Грозному, и с тех пор секретари Дивана ругают его на чем свет стоит.

Байда совершает походы в османские и крымские владения на Черном море. Болезненным ударом в 1559 году стала осада Азова, ведь крепость кормила Стамбул, регулярно отправляя караваны кораблей с продовольствием.

MEL’UNI (ПРОКЛЯТЕЦ), LAIN (ПРОКЛЯТЫЙ), RUS-MENHUSDAN (ИЗ ЗЛОСЧАСТНЫХ РУСОВ), MÜFSID (УНИЧТОЖИТЕЛЬ), DENIYY-I MELUN (ПРОКЛЯТАЯ СВОЛОЧЬ), MESFUR (ГОРЕ-УПОМЯНУТЫЙ), — РУГАЛИ КНЯЗЯ СУЛТАНСКИЕ ЧИНОВНИКИ.

В приказе Сулеймана Великолепного крымскому хану Девлету Герею говорилось: «Димитраш, который ранее брал в осаду крепость Азак [Азов], встретился с бегом Масков [московским царем], проклятцу тому заморочил голову разными шайтановыми помыслами в деле нападения на упомянутую крепость». То есть Османы обвиняли в нападениях именно Байду, а не его сюзерена.

В течение 1558–1560 годов официальные протоколы Дивана поминают «Димитраша» десятки раз. Так часто за столь короткое время в них не упоминался ни один из казацких кошевых атаманов и гетманов. Вероятно, более военных успехов Байды Османов возмущала «измена» бывшего подданного.

«Пакостником, ищущим заработки» и «бунтарем» называют Вишневецкого секретари Дивана. На османском языке «бунтарь» — это bad-maaş, то есть «зло-плаченный», «злодей». В 16 веке турецкие летописцы и военная знать примеряли эту брань к внутренним врагам: повстанцам, мятежникам, перебежчикам к персидскому шаху. Видимо, недаром они так же называли Байду.

Изображение осады османского Азова русскими войсками в 1736 году. Источник: Wikimedia Commons

КОНДОТЬЕР «ДИМИТРАШ»

Некоторые ученые называют Вишневецкого кондотьєром: он повсюду искал себе новые проекты и лучших покровителей. Из Речи Посполитой двинулся в Османскую империю, побывал в Московском царстве.

Князь вел переговоры даже с крымским ханом Девлетом Гереем, и обещал своему злейшему врагу «воевать литовскую землю» в обмен на владения в Приднепровье. В 1563 году Вишневецкий посягнул с оружием на трон Молдавского княжества, вассала Османов, и в случае успеха мог во второй раз стать подданным Сулеймана Великолепного.

После польского короля и османского султана изменчивость Байды почувствовал на себе московский царь. «Пришел, как пес и убежал, как пес; а вреда от него мне, государю, и моему государству не было», — отзывался о Вишневецкого Иван IV Грозный.

Царь Иван IV Грозный. Литография Помпея Батюшкова. Источник: «Бѣлоруссія и Литва. Историческія судьбы Сѣверозападнаго Края ... Съ одной хромолитографіей, 99 гравюрами и картой», С.-Петербургъ, 1890

В канцелярии Великого княжества Литовского, вероятно, хранились османские документы, связанные с султанским подданством Вишневецкого. Сигизмунд II отмечал в переписке, что султан предоставил Байде «службу», «милость», «стражу», «осмотр» (опеку) и «дашок» (протекцию). Эти сроки будут фигурировать в османских документах 17 века относительно контактов с украинскими гетманами.

Вишневецкого можно считать зачинателем казацкой дипломатической стратегии. Становясь на службу к одному монарху, он этим настраивал его против другого. Так же, маневрируя между Стамбулом, Бахчисараем, Москвой и Варшавой, затем пытался обезопасить казацкое государство Богдан Хмельницкий. Гетманы Иван Выговский, Юрий Хмельницкий, Петр Дорошенко — они также будут искать опору в Стамбуле.

Портрет Дмитрия Вишневецкого в фойе Вишневецкого дворца (поселок Вишневец Тернопольской области). Фото: ЛКвасова / CC BY-SA 4.0

СТРАТЕГИЯ ВЫЖИВАНИЯ

Понять, зачем Байда искал султанской протекции, можно по истории появления Сечи. Сигизмунд II Август и его двор опасались открыто поддержать наступление князя Вишневецкого на границы Крымского ханства. Далекая Варшава угрозы не чувствовала и готова была годами вести дипломатическую переписку. Однако для пограничных козацких ватаг крымский хан был близким и страшным врагом.

Не чувствуя поддержки короля, ради сохранения Хортицкого замка Байда отправился в Стамбул. Османская протекция должна была способствовать примирению Вишневецкого с Крымом, следовательно — укреплению первой казацкой крепости на Нижнем Днепре. Переход князя под руку султана также подталкивал Сигизмунда II быстрее встать на защиту казацких интересов.

Дальнейшие схватки Вишневецкого с Крымским ханством могут доказывать, что его подданство Османам было лишь тактическим ходом. В 1557-м татары разрушили Хортицкий замок, но перед этим укрепления выдержали две тяжелые осады, первая из которых длилась 24 дня. Итак, Байдины потуги не пропали даром: он укрепил, насколько это было возможно, казацкие фортификации и продвинулся далеко вглубь татарской территории.

Впоследствии тактическое подданство Ивану Грозному помогает Вишневецкому спровоцировать конфликт Москвы с Османами. Через службу «султанского подданного» Байды московскому царю отношения между государствами испортились, а тем временем князь вместе с казаками продолжал закрепляться в степи.

В турецком плену, по приказу султана Селима II, Вишневецкого и двух его товарищей повесили на крюках, а рядовых казаков отправили на галеры. Рисунок, Франтишека Ксавери Римкевича, 1831 год. Источник: Biblioteka Narodowa

ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ

  • Даже временное закрепление казаков на Малой Хортице способствовало продвижению украинского населения вниз по Днепру. Там появляются следующие сечевые фортификации.
  • Внешняя политика ряда казацких гетманов, начиная с Богдана Хмельницкого, схематично воспроизводит Байдину. Чтобы избежать Крымского ханства или заручиться его поддержкой, они раз за разом будут бить челом ​​султану.
  • Богдан Хмельницкий так же неудачно будет претендовать на трон Молдавского княжества. Попытка будет стоить ему гибели сына Тимоша, как раньше стоила жизни Байде. Во время похода на Молдову в 1563 году князь Вишневецкий попал в плен, и местный правитель сдал его османам.
Популярное: