Крепкий брак считается одним из характерных признаков «викторианской морали», которая в 19 веке распространилась далеко за пределы владений самой королевы Виктории. Однако на самом деле с моралью того времени все было не так однозначно: Промышленная революция во всей Европе начала сексуальный переворот.
Оказывается, люди 19 века не были такими ханжами, как о них привыкли думать. По крайней мере, — не все. Многое зависело от классовой принадлежности: если среди крестьян и аристократии брачные узы были крепкими, то в городах они заметно ослабевали.
Международная команда исследователей выяснила, насколько распространенным за последние 500 лет в Западной Европе было внепарное отцовство — случаи, когда отец ребенка по документам не является биологическим отцом.
В своей статье для журнала Current Biology ученые проанализировали ДНК 513 пар мужчин из современных Бельгии и Нидерландов, которые 500 лет назад должны были иметь общего предка по отцовской линии, а следовательно — общую Y-хромосому. Мужчины наследуют ее только от отца, поэтому в этих парах Y-хромосомы должны были совпадать. Однако, так было не всегда — тогда генетики устанавливали, когда именно появлялись расхождения.
С помощью архивных документов ученые убедились, что каждый общий предок родился в браке и был официально признан формальным отцом. На протяжении большей части 500-летнего отрезка уровень внепарного отцовства составлял около 1 % для крестьян и высших классов, около 2 % — для городских низов. Однако в 19 веке происходит резкий рост показателей — уровень внепарного отцовства среди городской бедноты достигает 6 %.
До сих пор уровень внепарного отцовства более 5 % считался свойственным только для некоторых племен Южной Америки и Африки, для которых полигамия — часть культуры. Такие результаты удивили даже самих исследователей.
«Мы этого не ожидали! Мы ожидали больше [случаев внепарного отцовства] в аристократических семьях, особенно, потому что супружеская измена так часто изображается в 17 веке в литературе и пьесах. Но, учитывая наши результаты, получается, что все было не так», — рассказал один из авторов исследования Маартен Лармусо из Лёвенского университета.
Что же привело к такому буму супружеской неверности? Ученые указывают на Промышленную революцию.
С появлением крупных промышленных предприятий растет количество городского населения — люди едут в города в поисках работы. Однако в городе личное пространство — это роскошь, доступная лишь богатым. Бедные рабочие жили в маленьких помещениях рядом с соседями, иногда — вообще в бараках. В таких условиях «викторианская мораль» не имела шансов.
«В этой трущобе, называемой домом, семь комнат. В шести из них живет более двадцати человек обоего пола и различного возраста. Каждая комната имеет площадь шесть–семь квадратных метров. /…/ Мы вошли в последнюю комнату — в мастерскую. Обычно здесь трудятся, не разгибая спины, пять человек. /…/ В соседней каморке живет женщина с шестью детьми. В другой грязной дыре — вдова с единственным сыном, шестнадцати лет, который умирает от чахотки», — так описывает жилье городской бедноты Джек Лондон в произведении «Люди бездны».
В те времена в городах женщины получили больше возможностей незаметно сходить «налево». Вместе с тем отцы обычно не слишком заботились из-за того, что у их ребенка глаза, как у соседа, — они не имели собственности, чтобы передать своим наследникам. Массы бедных промышленных рабочих работали по 12–16 часов в сутки 6 дней в неделю, часто единственной их радостью в жизни был алкоголь. Реформы шли медленно, а жизнь бедняков была короткой.
Однако исследователи отмечают: далеко не каждый случай внепарного отцовства был результатом добровольного секса. В условиях городов 19 — начала 20 века было множество случаев изнасилований — на улице или на рабочем месте. Так, особенно высокий процент внепарного отцовства среди служанок свидетельствует о частых злоупотребления хозяев дома своим положением.
Авторка: Алина Никулина
