Бояться стоит не ведьм, а людей, которые в них верят. Доказано еще в 17 веке самым религиозным городом Новой Англии.
В Нигерии — скандал. Местные христиане активно препятствуют проведению в ноябре 2019 года конференции по колдовству в университете города Нсукка. И хоть доклады касаются лишь феномена и традиции колдовства с академической точки зрения, верующие протестанты выступили против. Пятидесятники объявили «двухдневную молитву войны», а под университетом собралась толпа с плакатами «Университет Нигерии принадлежит Иисусу», «Скажи собранию ведьм и волшебников нет», «Мы — христианская община».
Страх ведьм и колдовства все еще живет в современном обществе, но закон удерживает его в рамках приличия. А что случится, если закон встанет на сторону мракобесия? WAS напомнит на печальном примере первых американских колоний.
Февральская ночь 1692-го года, поселение Салем, британская колония Массачусетс. Элизабет, 9-летняя дочь пастора Сэмюэла Пэрриса, и его 11-летняя племянница Эбигейл Уильямс начинают кричать, корчиться, бросать вещи и замирать в неестественных позах. Девочек осмотрит врач и не найдет физических признаков какой-либо болезни.
Пастор Пэррис обеспокоен. Он обращается к своему коллеге из соседнего городка, Джону Хейлу. Тот признает, что припадки у девочек сильнее, чем при эпилепсии или любой другой известной ему болезни.
По Салему ползут нехорошие слухи.
Обыватели решили, что причина перемен с детьми — сверхъестественная. Подобных случаев в городе становилось все больше. Припадки поражали именно молодых девушек, иногда прерывая проводимые пастором религиозные церемонии. Пошли разговоры о ведьмах, которые насылают проклятия. Первыми обвиняемыми в колдовстве стали темнокожая рабыня Пэрриса Титуба, редко посещавшая церковь Сара Осборн и бездомная Сара Гуд.
Этих троих привели к местному судье и допрашивали несколько дней. Осборн и Гуд утверждали, что невиновны, Титуба призналась в колдовстве.
«Ко мне приходил дьявол и приказал служить ему», — рассказала женщина суду.
Она говорила о высоком мужчине в черном, который хотел, чтобы она расписалась в его книге и помогла уничтожить пуритан. Титуба призналась, что видела и других «ведьм», которые расписались в этой книге. Показания рабыни стали отправной точкой охоты на ведьм — наконец-то пуритане получили «доказательство», что имеют дело с нечистой силой. Всех троих женщин немедленно отправили в тюрьму.
Неизвестно, почему Титуба оклеветала себя. Скорее всего, это была известная полицейская схема — подпиши «чистосердечное», назови сообщников и будешь жить. Ее рассказ получил огласку — паника распространялась по Салему со скоростью лавины.
Обвиняемые в колдовстве один за другим называли имена знакомых, стремясь избежать смерти. Волна арестов все разрасталась. Некоторые жители города решили использовать ситуацию в корыстных целях, желая отомстить за нанесенную когда-то обиду или отобрать у соседа участок земли. А так как суд верил обвинителям на слово, то им достаточно было сказать, что во сне им являлся чей-то дух, иногда за руку с дьяволом, и мучил их. Тюрьма Салема наполнялась со скоростью света.
Избежать такого правосудия не мог никто — независимо от возраста, пола и социального статуса. Арестовывали женщин, мужчин, детей. Так, 4-летняя дочь бездомной Сары Гуд, Дороти, была вызвана в суд давать показания, и ее робкие слова были трактованы как признание в колдовстве — как для нее, так и для матери. Девочку отправили в тюрьму. Через несколько дней после ареста маленькая Дороти рассказала, что мать ей дала ей фамильяра — змею, и поручила кормить ее кровью.
Первой жертвой стала некая Бриджит Бишоп, против которой свидетельствовали сразу несколько человек — пять девушек обвиняли ее в использовании приворотных заклятий, сосед по фамилии Шаттак считал, что она прокляла его сына, а другие соседи обвиняли ее в наведении порчи на кота. Весомым доказательством против Бриджит Бишоп стал найденный на теле третий сосок. Ее повесили.
Суд над Сарой Гуд сопровождался весьма странным событием. Как только женщина вошла в зал суда, свидетели сразу стали раскачиваться на стульях и стонать, как будто реагируя на ее появление. Одна девушка после приступа конвульсий обвинила Гуд в том, что она атаковала ее ножом и даже показала суду его обломок. Утверждала, что нож сломался во время нападения. Один из жителей города доказал, что это был кусочек от его ножа, который он сломал вчера в присутствии той девушки. Но судья все равно использовал историю в обвинении Сары.
29 июля 1692 года Сара Гуд была повешена вместе с четырьмя другими женщинами, обвиняемыми в колдовстве. Она до последнего отказывалась признавать вину. «Ты — лжец. Я такая же ведьма, как ты — колдун! Отбери у меня жизнь — и Господь напоит тебя кровью», — крикнула Сара Гуд священнику Николасу Ноесу перед своей казнью. Ноес действительно умер от кровоизлияния в мозг, буквально захлебнувшись своей кровью. Правда, только через 25 лет.
Во время судебного разбирательства также вспоминились позабытые виды пыток. 80-летний фермер Жиль Кори отказался оговорить себя, и к нему применили peine forte et dure — положили на грудь доску и два дня подкидывали на нее камни, пока он не умер. Это был сугубо процедурный нюанс. Без него или свидетельских показаний суд не мог признать Кори виновным, а значит — не мог конфисковать его имущество. Старый фермер умер, не сказав мучителям ничего, но его семью это не спасло — их всех тоже повесили.
От «правосудия» не ушел даже бывший пастор Берроуз, несмотря на то, что три десятка прихожан за него вступились.
Никто не знает, настоящую причину приступов у молодых людей не установили. Возможно, это было массовое отравление попавшим в муку грибком или вспышка редкой формы энцефалита. По одной из версий, ржаной хлеб оказался заражен спорыньей. Ситуацию усугубил особый менталитет пуританской общины, известной чрезвычайно строгими порядками, выраженной религиозностью и нетерпимостью.
