Македонский полководец Зопирион решил самоутвердиться за счет греческих колоний в Северном Причерноморье. Но он не подозревал, что у греков есть сильные друзья и бизнес-партнеры — скифы.
В 331 году до нашей эры, после успешной компании в Египте Александр Македонский готовился к сокрушительным битвам с персидским царем Дарием III. В это время на другом краю известного грекам мира развивались события не менее интересные, но оказавшиеся вне поля зрения современников. 30-тысячная армия македонян под предводительством Зопириона вторглась в Северное Причерноморье. Мотивы похода не до конца ясны, источников о нем крайне мало, но WAS реконструировал события по крупицам.
Свою карьеру Зопирион начал еще при Филиппе II, отце Александра. Квинт Курций Руф сообщает, что он являлся уроженцем Верхней Македонии. Филипп назначил его управляющим серебряными рудниками в Халкидике и золотыми копями на горе Пангей. А когда в ходе покорения Фракии Филипп захватил огромную добычу, Зопириона назначили управлять всем этим имуществом и казной самого царя. Видимо он был успешным менеджером.
В 338 году Зопирион проявил себя и как талантливый офицер. Полиен рассказывает, как в битве при Херонее Зопирион во главе отряда преследовал «отступающих фиванцев и афинян, многих пленил, многих умертвил».
К началу похода Александра Зопирион имел репутацию хорошего администратора и опытного военачальника. Согласно упоминанию в письменных источниках, за свои заслуги он был оставлен в качестве наместника Фракии и/или Понта.
Когда Александр воевал в районе Каспия, ему доставили письма друга отца Антипатра, которого он оставил наместником в Македонии. В письмах «сообщалось об исходе войны спартанского царя Агиса в Греции, войны эпирского царя Александра в Италии и войны наместника Зопириона в Скифии. Эти известия вызвали у Александра противоречивые чувства; однако его все же больше обрадовала смерть двух соперничавших с ним царей, чем огорчила потеря войска Зопириона». Македонские войска разгромили спартанцев Агиса, царь Эпира пал в битве с местными племенами в Южной Италии, а с Зопирионом произошло что-то плохое.
В письменных источниках информации мало, археологические памятники картину не проясняют. Что же произошло в 331 году до н. э. с армией Зопириона в Причерноморских степях?
Северное Причерноморье уже давно облюбовали греки, основав ряд колоний, некоторые из которых к этому времени превратились в города-полисы. Они были центрами торговли, ремесла и греческой культуры, поддерживали с Элладой тесные политические, торговые и культурные связи. Наибольшими из них были Тира, Никоний и Ольвия. Каждый из этих городов был классическим полисом со своей системой самоуправления, сельскохозяйственным пригородом хорой и армией.
В степи властвовали скифы. Вслед за Геродотом, скифов принято делить на три основные группы. Скифы-земледельцы, проживали на севере, на границе степи и лесостепи и занимались, в том числе и сельским хозяйством. Скифы-кочевники перегоняли свои стада по просторам Причерноморских степей. Царские скифы занимались преимущественно войной и торговлей. Скифы поставляли грекам коней, шкуры животных, рабов. В свою очередь они покупали украшения и предметы роскоши, дорогое оружие и греческое вино. Взаимные контакты греков и скифов стали доброй традицией и вели к взаимной выгоде.
Македоняне обладали лучшей армией своего времени. Косвенно судить о ней можно по реконструкциям армии Александра. Основу составляла тяжелая пехота, вооруженная длинными копьями. По флангам ее прикрывали отряды легкой пехоты и кавалерии. Лучшие бойцы отправлялись в качестве пополнения на Восток к самому Александру, но тем ни менее 30-тысячная армия была значительной силой в Причерноморье. Не все солдаты были македонянами, до 2/3 войска Зопириона могло состоять из подвластных ему фракийцев.
Население каждой из греческих колоний не достигало и 10 000 человек, включая женщин, детей, стариков, неграждан, рабов. Возможно, именно на это рассчитывал Зопирион отправляясь в поход.
Известные письменные источники умалчивают об армиях греческих колоний в Северном Причерноморье. Находки элементов вооружения или изображений единичны и не позволяют реконструировать полную картину. Мы можем лишь предполагать, что по аналогии с другими полисами основу армии составляло ополчение граждан. В нем обязаны были участвовать все свободные граждане, вооружаясь за свой счет соответственно финансовым возможностям. В городах могли присутствовать отряды профессиональных военных, но они были малочисленными и вряд ли могли играть решающую роль в войне. Учитывая особую ситуацию, сложившуюся в Северном Причерноморье, можно предположить, что колонисты могли заимствовать элементы вооружения, тактики и организации войска у скифов, которые выступили как союзники греческих полисов против македонян.
Мы не знаем точных причин похода Зопириона в Причерноморье. Есть несколько версий. Так Гней Помпей Трог указывал, что «Зопирион, оставленный Александром Великим наместником Понта, считая, что если он не совершит никаких подвигов своими силами, то он выкажет себя бездеятельным, собрал большое войско и пошел войной против скифов. Он погиб со всем своим войском и тем самим понес кару за войну, которую он опрометчиво начал против народа, ни в чем не повинного».
Не исключено, что приказ начать военную кампанию отдал и сам царь Александр. Большая часть колоний была в союзе с греческим городом Милетом, который македоняне взяли тремя годами ранее. А возможно Зопирион должен был постепенно двигаться на восток, чтобы в итоге соединится с армией Александра. К сожалению, не осталось описаний этих событий, что затрудняет детальную реконструкцию. Но можно предположить, что переправившись через Истр армия македонян вторглась в Причерноморские степи.
Первыми крупными греческими полисами, оказавшимися на пути Зопириона, оказались Тира и Никоний. Тира сегодня исследована крайне слабо. Это во многом связано с тем, что часть античного города разрушена и смыта водами Днестровского лимана, а часть перекрыта постройками Аккерманской крепости 13 века. Раскопан лишь незначительный участок городища и несколько случайно открытых погребений. В Никонии археологам повезло немного больше. На территории городища были открыты следы разрушения и пожаров, нередко связываемые с походом Зопириона. Скорее всего город пал. То же можно предположить про Тиру. Далее путь Зопириона лежал через степь к Ольвии.
Ольвия была основана выходцами из Милета в 6 веке до н. э. Ко времени описываемых событий это был богатый и влиятельный город, территории которого простирались на значительные пространства вдоль Днепровского и Бужского лиманов. В 5 веке до н. э. город посетил «отец истории» Геродот. Именно здесь он собирал материалы для четвертого тома своей знаменитой «Истории».
Город был тесно связан со скифами и имел огромное значение для местной торговли. На территории Ольвии и ее окрестностей были найдены монеты различных причерноморских центров и городов Греции. В музее национального заповедника «Ольвия» собрана коллекция амфор, в которых привозили товары с различных уголков Европы и Азии. Ольвийские монеты в форме дельфина хорошо известны археологам.
Город располагался на высоком берегу Днепро-Бужского лимана, был защищен водами реки и двумя глубокими балками, окружен высокими стенами и башнями. Но даже при этом, он вряд ли бы мог устоять против македонской армии сам по себе.
Амвросий Феодосий Макробий сообщает, что в преддверии нашествия армии Зопириона, ольвиополиты пошли на беспрецедентные меры — «отпустили на волю рабов, дали права гражданства иностранцам, изменили долговые обязательства и таким образом могли выдержать осаду врага». На помощь были призваны скифы.
Археологические исследования Ольвийского городища и его округи открыли некоторые следы боевых действий. Македоняне разграбили и сожгли сельскохозяйственные поселения в окрестностях города и ремесленные предместья. Их жители бежали и укрылись за крепостными стенами Ольвии. В связи с этим значительный интерес представляет групповое захоронение пятидесяти двух человек. Среди них были, в том числе женщины и дети, люди в кандалах, побитые камнями и убитые из лука. Возможно, это пленные или заложники из числа не успевших сбежать.
Следы боевых действий и пожара зафиксированы в районе западных ворот города. Возможно, что македонянам удалось захватить ворота и даже прорваться в город. На территории самого городища и на прилегающем с запада некрополе было найдено значительное количество свинцовых снарядов для пращи. Некоторые из них сохранили маркировку, указывающую на принадлежность их македонянам. Казалось, судьба Ольвии решена. Но в самый разгар боев, когда македоняне уже дрались на улицах в районе ворот и город был близок к гибели пришло сообщение о движущейся армии скифов. Это заставило македонян отступить.
Дальнейшая судьба Зопириона и его армии печальна — скифы преследовали отступающих воинов и нанесли им значительный урон. Кроме того, Квинт Курций Руфус сообщает о шторме, который уничтожил флот македонян. Он же упоминает, что остатки войска были разбиты между Дунаем и Балканскими горами племенем тримбалов, которое мстило за опустошительный поход Александра в 335 г. до н. э. Такого Александр Македонский ожидать не мог. По свидетельству Помпея Трога, царь «назначил в войске трехдневный траур».
Что касается Ольвии, то город быстро оправился от последствий осады. Начинался период его нового расцвета. Возводятся новые храмы, процветают ремесло и торговля, начинается эмиссия золотых монет. Ольвия еще долгие годы оправдывала свое имя — «Город счастья».
Это была не последняя встреча македонян со скифами. Во время военной кампании в Средней Азии, которая началась в 327 году до нашей эры и продлилась 2 года, Александру Македонскому придется то воевать, то налаживать дипломатию с уже местными скифами.
Некоторые скифы поддержат Спитамена — согдийского военачальника, который поднял восстание против македонян. По одной из версий, в 327 году до н.э. Спитамена убили кочевники, чтобы избежать гнева Александра. Его дочь Алама стала женой Селевка I, чьи потомки более 200 лет будут править ближневосточным Государством Селевкидов.
Осенью 329 года до н.э. в битве на реке Яксарт войско Александра разгромило кочевников, которые были недовольны постройкой укрепления македонян рядом со своими землями. Уже весной-летом этого же года к Александру Македонскому прибывает посольство другого скифского царя, наслышанного о его победах и готового преклонить колено. Для укрепления союза Александру предлагают скифскую принцессу в жены, но полководец вежливо отказывается.
