Для побега из Европы был необходим паспорт перемещенного лица, который выдавал Международный комитет Красного Креста. Комитет часто проверял тех, кому выписывал документы, поэтому ехать с настоящим паспортом или грубой подделкой было опасно. Тут и пригодился епископ Худал.
Документы, выданные Ватиканской организацией помощи беженцам проверяли редко, слишком высоким был авторитет церкви. После этого беглец мог спокойно подаваться на аргентинскую визу. С простой туристической визой нацист приезжал в Аргентину, где его встречал кардинал Антонио Карджиано.
В Латинской Америке у беглеца проблем уже не было. Их и быть не могло, учитывая, что Хуан Перон не скрывал своего отношения к исходу войны: «В Нюрнберге в это время произошло нечто, что лично я считаю бесчестием и неудачным уроком для будущего человечности. Я уверен, что аргентинский народ тоже признал Нюрнбергский процесс бесчестием, недостойным победителей, которые вели себя так, будто они не победили. Мы поняли теперь, что они заслужили проигрыша в войне».
Возможно, среди тех, кого спас епископ Худал были и простые офицеры, испугавшиеся гнева победителей. Но и преступников хватало: архитектор Холокоста Адольф Эйхман; врач Йозеф Менгеле; комендант Треблинки Франц Штангль; заместитель коменданта Собибора Густав Вагнер.