«Банда Баадера—Мейнхоф» — так прозвали RAF немецкие газеты. Хотя правильнее было бы назвать ее бандой Баадера—Энслин, в честь молодой пары, совершившей в 1968 году поджог одного из крупнейших универмагов во Франкфурте-на-Майне. Это событие и стало точкой отсчета в истории «Фракции Красной Армии» или RAF — террористической организации, которая несколько лет держала в страхе Западную Германию. А основатель приюта для беспризорников Андреас Баадер и педагог Гудрун Энслин стали лидерами первого поколения РАФовцев.
Nota Bene
Идеология RAF испытала на себе влияние разных левых течений, от маоизма до неомарксизма. Главным тезисом RAF было убеждение, что западный капиталистический мир постепенно движется к фашизму, национал-социализму или другим подобным режимам. ФРГ бойцы RAF считали американской колонией. Свою борьбу внутри Германии члены RAF считали войной, поэтому после арестов, как правило, требовали статуса военнопленных.
В то время простая девушка Ульрика Майнхоф даже не помышляла о том, что ее имя станет синонимом террора в европейской стране. Она родилась в 1934 году, сразу после прихода к власти Гитлера. Все ее детство пришлось на военные годы. Тем не менее девочка росла окруженная теплом и заботой сначала матери, а затем ее подруги Ренаты Римак, которая взяла на воспитание Ульрику и ее сестру после смерти родителей.
Майнхоф получила хорошее гуманитарное образование в Марбургском и Мюнстерском университетах, развивала писательские способности. Увлечение философией и политикой, а также незаурядный ораторский дар и острый ум позволили Ульрике стать сначала одним из лидеров студенческого движения за ядерное разоружение, а к началу 1960-х — известной на всю Европу политической журналисткой.
Тем временем Европу захлестывает волна студенческих волнений. Молодежь, не знавшая войны, бунтует против инертности старшего поколения и ищет свой путь в крайне левых или крайне правых политических течениях. Лозунги у каждой страны свои. В США, где сильнее всего ощущается дыхание холодной войны, требуют мира и разоружения. Во Франции идет борьба с консерватизмом и государственной пропагандой. Своего апофеоза радикализация общества достигает в Италии. Близятся «свинцовые семидесятые», формируются ультраправые и ультралевые молодежные группировки, которые вскоре вступят в жестокое вооруженное противостояние.
В Германии ситуация особая. Пока старшее поколение делает робкие попытки переосмыслить свое нацистское прошлое, молодежь уже выдвигает ему безапелляционные обвинения в преступлениях перед человечеством. Немецкая поддержка войны во Вьетнаме кажется им логичным продолжением политики Гитлера. А активная государственная пропаганда слишком напоминает то, что они слышали о пропаганде нацистов. С каждым годом количество тех, кто, призывает устроить «прошлому» самосуд, растет.
В 1968 году Майнхоф, экс-главный редактор и ведущий автор известного левого журнала Konkret, мать двоих детей, успешная и обеспеченная женщина, оставляет неверного мужа и переезжает в Берлин. В этот же год, в ходе подготовки репортажа про франкфуртских поджигателей, Майнхоф посещает местную тюрьму, где общается с Баадером и Энслин. Это знакомство стало для нее точкой невозврата.
Ей близки идеи RAF. Также, как и подавляющее большинство молодых людей в Германии, Майнхоф осуждает войну во Вьетнаме, осуждает она и лояльность властей по отношению к бывшим офицерам Рейха. Многим из них удается вновь дорасти до высоких государственных постов. Один из ближайших соратников министра пропаганды Йозефа Геббельса и соавтор антисемитской доктрины Рейха Георг Кизингер получил должность Федерального канцлера ФРГ. Более того, Ульрика уже с трудом находит аргументы в пользу тактики диалога с властями. Между тем, разговор с политиками на понятном им языке насилия перестает казаться чем-то неприемлемым.
«Если бросить камень, то это наказуемое действие. Если бросить тысячу камней, это политическая акция. Если сжигают одну машину, это наказуемое действие, сжечь сотни машин — это политическая акция», — рассуждала Ульрика.
Для RAF она стала теоретиком — ее знания в области философии и истории, а также писательский талант позволяли ей говорить со страниц левой прессы от лица всей организации. Она была идеологом — ее речи вдохновляли новобранцев и оправдывали средства, которыми бойцы достигали своих целей. Майнхоф была лицом группировки — ее известность в народе на годы обеспечила «Фракцию» вниманием прессы. Для молодых студентов, избравших путь террора, старшая Ульрика становится второй матерью.
В 1970 году Ульрика принимает участие в вооруженном освобождении Андреаса Баадера, когда тот под конвоем посещал городскую библиотеку, и окончательно порывает с прежней жизнью. Больше имя известной журналистки не работает как прикрытие, а, наоборот, выдает ее с поличным. Ей приходится без конца менять внешность, чтобы не быть пойманной.
Тем временем, бойцы РАФ проходят обучение в одном из тренировочных лагерей Фронта освобождения Палестины. Затем возвращаются в Германию и начинают совершать налеты на банки. Им требуются деньги на оружие и взрывчатку. В 1971 году РАФ выпускает программный документ, написанный по преимуществу Майнхоф, — «Концепция ведения городской партизанской войны». После этого один за одним происходят теракты на военных и государственных объектах США на территории ФРГ. За несколько лет активности от рук RAF погибают 5 человек, а 54 получают тяжелые ранения.
Ульрика Майнхоф была искренне предана своему делу, но убийства никогда не означали для нее анархию и вседозволенность. Она была на 10 лет старше своих товарищей, но ее путь к террору был дольше и осознанней. Именно она, несмотря на свое второстепенное положение в организации, и наименьшую «радикальность» на долгие годы становится символом красного движения Германии. Ее образ входит в массовую культуру, а статьи разбираются на цитаты. RAF становится легендарной левой террористической организацией своего времени. Члены РАФ превращаются в поп-звезд. Молодежь копирует не только их идеи, но и внешний вид, и образ жизни.
Авторка: Анастасия Жигулина
